Задремала вод хозяйка, Вниз лицом она заснула На спине скалы высокой, На краю большого камня. Старый, верный Вяйнямёйнен День играет и другой день. Не осталось там героя, Ни единого из храбрых, Не осталось там ни мужа, Ни жены, носящей косы, Кто б от той игры не плакал, Чье не тронулось бы сердце. Плачут юноши и старцы, Плачут люди холостые И женатые герои, Полувзрослые ребята, Плачут также и девицы, Плачут девочки-малютки, — Так чудесны эти звуки, Так играет дивно старец. Плачет старый Вяйнямёйнен, Слезы катятся обильно, Из очей сбегают капли, Вниз жемчужные стекают; Покрупней они брусники И горошины потолще, Покрупней яйца пеструшки, Головы касатки больше. Из очей водица каплет, Сильно каплями сбегает И на челюсти стремится, По щекам стекает книзу, А со щек бежит прекрасных На широкий подбородок, С подбородка же струится По груди высокой старца, А с груди высокой старца На крепчайшие колени, А с колен крепчайших этих На подъем ноги высокой, А с ноги высокой старца Уж на землю под ногами; Через пять струится курток, Шесть златистых подпоясок, Через семь кафтанов синих, Через восемь верхних платьев. Так роняет Вяйнямёйнен Водяные капли, старый, На морское побережье, А с морского побережья В глубину воды блестящей, На чернеющую тину. Молвит старый Вяйнямёйнен, Говорит слова такие: «Не найдется ль кто из юных, Из цветущей молодежи, В этом племени обширном Из сынов его отважных, Кто б собрал мне эти слезы Из глубоких вод блестящих?» Отвечали молодые, И в ответ сказали старцы: «Не найдется тут меж юных, Средь цветущей молодежи, В этом племени обширном Из сынов его отважных, Кто б собрал тебе те слезы Из глубоких вод блестящих». Молвил старый Вяйнямёйнен, Говорит слова такие: «Кто мои добудет слезы, Водяные вынет капли Из глубоких вод блестящих, Дам тому из перьев шубу». Подошел, закаркав, ворон. Молвит старый Вяйнямёйнен: «Принеси мне, ворон, слезы Из глубоких вод блестящих! Дам тебе из перьев шубу». Не достал те слезы ворон. Утка синяя то слышит, Утка синяя подходит. Молвит старый Вяйнямёйнен: «Утка синяя, ты часто В глубину ныряешь с клювом, Любишь свежую водицу: Собери пойди мне слезы Из глубоких вод блестящих! Будет славная награда: Дам тебе из перьев шубу». Собирать уходит утка Эти слезы старца Вяйнё Из глубоких вод блестящих. Там на черном, темном иле Собрала по морю слезы, Принесла их в руки Вяйнё. Слезы вид другой имели И чудесно изменились: Заблестели жемчугами, Голубым сверкали блеском, Королевскою украсой И могучего утехой.

• Герои прибывают в Похъёлу, и Вяйнямёйнен говорит, что они приехали поделить Сампо; если они не получат половины, то возьмут насильно все.

• Хозяйка Похъёлы не соглашается отдать Сампо и поднимает против них всех жителей Похъёлы. Вяйнямёйнен берет кантеле, начинает играть и погружает своей игрой в сон всех в Похъёле; затем вместе с товарищами он разыскивает Сампо, достает его из каменной горы и кладет в лодку.

• Взяв Сампо в лодку, они отплывают из Похъёлы и счастливо плывут домой.

• На третий день хозяйка Похъёлы пробуждается и, увидев, что Сампо похищено, насылает густой туман, большой ветер и прочие препятствия, чтобы задержать похитителей Сампо, пока она сама их не догонит; во время бури Вяйнямёйнен теряет в море свое новое кантеле.

Старый, верный Вяйнямёйнен, С ним кователь Ильмаринен, Третьим с ними Лемминкяйнен, Молодец тот, Каукомъели, По морю спокойно едут, По равнине вод открытых, В ту холодную деревню, В сумрачную Сариолу, Где героев топят в море И мужей уничтожают. Кто ж гребет у них на лодке? Первый был там Ильмаринен, Он гребет на этой лодке,

Прибытие Вяйнямёйнена, Ильмаринена и Лемминкяйнена в Похъёлу

худ. Йозеф Аланен