Калервы сын, Куллервойнен, Юноша в чулочках синих, С этих пор и поживает Под родительскою кровлей; Он не сделался умнее, Не обрел рассудка мужа, Ибо дурно был воспитан, Глупо в люльке был укачан, Воспитатель был неумный И укачиватель глупый. Начал юноша работать, Брал он разную работу. Рыб ловить он снарядился, Расставлять снаряд для ловли. Говорил слова такие, Так с веслом в руках промолвил: «Что есть сил тянуть мне невод, Изо всей грести мне мочи Иль тянуть его не сильно И грести, насколько нужно?» Рулевой промолвил с лодки, Говорил слова такие: «Хоть тяни со всею силой, Хоть греби по-молодецки, Ты разбить не сможешь лодки, Ей уключин не сломаешь». Калервы сын, Куллервойнен, Стал грести со всею силой, Приналег по-молодецки — И сломал крюки у лодки, Можжевеловые ребра, Всю осиновую лодку. Калерво взглянуть приходит, Говорит слова такие: «Ты грести совсем не можешь! Ты сломал крюки у лодки, Можжевеловые ребра, Всю осиновую лодку! Ты поди гнать рыбу в невод! Может, в этом ты получше». Калервы сын, Куллервойнен, Собрался гнать рыбу в невод. Гонит рыбу, рассуждая, Говорит слова такие: «Со всего ль плеча работать, Гнать ли рыбу с полной силой Иль работать осторожно, Рыбу гнать, насколько нужно?» И сказал тащивший невод: «Что ж была бы за работа, Если гнать не с полной силой, Не работать молодецки!» Калервы сын, Куллервойнеи, Со всего плеча тут гонит, Гонит рыбу молодецки: Воду в кашу превращает, Растрепал весь невод в паклю, Рыбу сделал просто слизью. Калерво взглянуть приходит, Говорит слова такие: «Рыбу гнать ты не годишься! Растрепал весь невод в паклю, Поплавки разбил в кусочки, Разорвал на части сети! Ты пойди плати-ка подать, Поземельные налоги! Ты в дороге, может, лучше, На пути умнее будешь». Калервы сын, Куллервойнен, Юноша в чулочках синих, Статный, золотоволосый, В башмаках красивой кожи, Уплатить поехал подать, Поземельные налоги. Уплатил, как нужно, подать, Отдал зерна все, как надо, И в своих санях уселся, На сиденье занял место; И домой оттуда едет, Сам на родину стремится. С шумом сани заскользили И в дороге измеряли Вяйнямёйнена поляны, Прежде вспаханное поле. Златокудрая девица Едет, лыжней измеряя Вяйнямёйнена поляны, Прежде паханное поле. Калервы сын, Куллервойнен, Останавливает сани; Говорить девице начал, Говорит и приглашает: «Ты войди, девица, в сани, Отдохни на этой шкуре!» На бегу девица молвит, Проскользнувши, отвечает: «Смерть к тебе пусть в сани сядет И болезнь на эту шкуру!» Калервы сын, Куллервойнен, Юноша в чулочках синих, Тут коня кнутом ударил, Бил коня жемчужной плетью. Мчится конь, бежит дорога, И скрипят по снегу сани. С сильным шумом он понесся, Спешно едет по дороге, По хребту морей блестящих, По полям широким льдистым. Вот девица повстречалась, В башмаках идет хороших По хребту морей блестящих, По полям широким льдистым. Калервы сын, Куллервойнен, Удержал коня поспешно, Рот сложил, как мог, красивей, Молвил вежливо девице: «Ты садись, красотка, в сани, Красота страны, со мною!» А девица отвечает, В башмачках хороших молвит: «Туони пусть в те сани сядет, Маналайнен там с тобою!» Калервы сын, Куллервойнен, Юноша в чулочках синих, Тут коня кнутом ударил, Бьет его жемчужной плетью. Мчится конь, бежит дорога, И скрипят по снегу сани. Шумно едет он дорогой, И в пути он проезжает Гладью Похъёлы песчаной, Той Лапландии полями. Едет девушка навстречу В оловянных украшеньях Гладью Похъёлы песчаной И лапландскими полями. Калервы сын, Куллервойнен, Удержал коня вожжами, Рот сложил, как мог, красивей, Молвил вежливо девице: «Ты садись, девица, в сани, Ляг под полостью, красотка, В санках яблочков поешь ты, Погрызешь моих орешков!» Так ответила девица В оловянных украшеньях: «Я плюю тебе на сани, На сиденье негодяя! Мне под полостью морозно, Мне в санях твоих противно». Калервы сын, Куллервойнен, Юноша в чулочках синих, Подхватил девицу в сани, Подтащил ее к сиденью, На меху сажает в санках, Тянет девушку под полость. Зло промолвила девица В оловянных украшеньях: «Отпусти меня с сиденья, Выпусти из рук малютку, Чтоб мне слов дурных не слушать, Не слыхать бы просьбы злого, Иль я сани разломаю, Выбью длинные брусочки, На куски сломаю сани, Разобью бока их в щепки!» Калервы сын, Куллервойнен, Юноша в чулочках синих, Тут открыл сундук с деньгами, Стукнул пестренькою крышкой, Серебро ей показал он, Расстелил платки цветные, С золотой каймой чулочки, Пояски посеребрены. Манит золото девицу, Ей плато