...Урал и Заркум, отправились в путь, Много дорог, говорят, прошли, Много переплыли быстрых рек И вот увидели вдалеке Что-то черное, говорят, На гору похоже, говорят. Вверху — огонь, зарницами полыхающий, Внизу — серый дым, искрами сверкающий. Что-то серое, туманом покрытое, Увидел Урал и спросил: «Что ото?» Заркум пемного помедлил с ответом И сказал: «Это змей, дворец охраняющий, Покой отца оберегающий». Вскоре Урал увидел ограду И не гору, а змея, лежащего рядом, Девятиглавого страшного змея. Заркум приказал сторожу-змею Отпереть кованые ворота. Змей зашипел и так свистнул, Будто рухнули горы и скалы. Раздался грохот — четыре змея По земле ключ волочили И этим ключом ворота открыли. Заркум, широко распахнув ворота, Пригласил Урала войти как гостя И, поклонясь, сказал: «О твоем приходе Я отца предупредить должен...» Так сказав, он закрыл ворота, Шаги Заркума вдали затихли. Урал прислушался — за воротами змеи Между собою так говорили: «Я — одиннадцатиголовый, Мой черед съесть егета, Чтобы двенадцатая по счету Отросла голова на моем теле. И стану я визирем падишаха». Но его перебил девятиголовый: «Этот егет узнал нашу тайну, Заркум, испугавшись, ему проболтался... Его падишах есть не станет — Он же спас любимого сына! И вы зря тут не толпитесь, На жертву не надейтесь — Мне одному его есть придется — Потому что секрет самого падишаха Я один только и знаю...» Расползлись змеи, в углах притихли, Остался один лишь — девятиголовый И, приняв девичий облик, Неслышно прошел через ворота, Протягивая руки к Уралу, Завораживая взглядом. Но коварство змея знал Урал, Протянутые руки так крепко сжал, Что кровь полилась... Змей, снова став змеем, Шипя набросился на Урала, Стараясь хвостом с ног сбить, Стараясь огнем лицо опалить. За горло змея схватил Урал И, говорят, так сказал: «Это ты знаешь тайну Своего коварного падишаха И хочешь, чтоб все дрожали от страха От одного твоего вида!» Змей удивился: «Так ты тенгри? Так ты, оказывается, сам тенгри? А я-то думал, что ты человек! Потому и подслушал наш разговор И падишаху о нем рассказал...» С такими словами змей в ноги упал, Хребет свой низко к земле пригибал. Но тут же снова голову поднял — Он человеческий запах узнал. «Нет, ты не тенгри, ты человек, Ты — человек, узнавший тайну, Ты, повстречавший Заркума случайно, Заставил его проговориться И хочешь теперь своего добиться». Только хотел он дыхнуть огнем, Урал размахнулся и так ударил, Что девять голов с тела свалились, На пол упав, они раскололись. Из одной — ключи посыпались со звоном, Из других — восемь батыров явилось. «Когда-то мы с семьями жили, В стране своей мужчинами были, Всех нас страшный змей погубил, Из тел наших головы отрастил. И если ты рассечешь его сердце, Ключ золотой там увидишь, Этим ключом дворец тайн откроешь...» Так и сделал Урал, говорят, Ключ золотой достал, говорят, Дворец тайн открыл, говорят, И красавицу там увидал, говорят, Шелком тело ее покрыто, Шея обвешена жемчугами, Только поблёк на лице румянец... Открыл Урал дверь другую — Там, возле трона, палку увидел — Вся она хрусталем сверкает, Вся изукрашена жемчугами. Сказали батыры: «Возьми эту палку, Она, егет, помощницей будет». Тут еще одна дверь раскрылась И белый змей из нее появился, Окинул всех взглядом, говорят, Дохнул ядом, так говорят. «Кто посмел войти и взять палку, Которой ничья рука не касалась?!» Перед собою увидев Урала, Он пасть раскрыл... Но егет ловкий Его скрутил и о землю ударил. «Я со Смертью пошел сражаться И буду до тех пор за нею гнаться, Пока не настигну И не сдавлю ей горло. И всех, на ее стороне стоящих, Такая же участь ожидает... С рожденья назвали меня Уралом, И я на свет для того родился, Чтоб сделать землю навек свободной. А тот, кто Смерти злой помогает, Пусть от меня пощады не знает! Если ты — падишах, ты должен Дать сейчас же приказ справедливый: Пусть сползутся все твои змеи, Головы низко к земле склоняя. И пусть мой меч над ними сверкает, Змеиные головы отрубает, Людей из неволи освобождая». Кахкахи, говорят, подчинился: «Раз я палку не удержал И ее хозяином ты стал, Значит, ты меня сильнее, Тебе противиться я не смею... » И приказ отдал своим змеям. Змеиные головы Урал отсекал, Из них невольников освобождал, Узников из темниц выпускал, Во дворце все двери велел раскрыть, А Кахкахи сказал: «Заркума найди И ко мне живым приведи...» Толпою народ на свободу вышел, И с ними девушка тоже вышла, И все Урала окружили И такие слова ему сказали: «Помощь, которую бог всемогущий, Даже бог не мог оказать нам, Ты, егет, принес народу. И мы теперь решить не можем — Какую дать тебе награду, Какими словами тебя возвеличить?» «Никакого величия мне не надо. Ваша свобода — вот мне награда. Батыром станет лишь тот мужчина, Который любит народ всем сердцем. Давайте на праздник все соберемся И выберем лучшего из лучших, Чтоб стал он отныне вождем вашим...» И люди Алгыра вождем назвали — Он много лет со змеем боролся, А дочь его с именем Гулистан Была рабыней белого змея — Это ее Урал встретил, Впервые ворвавшись во дворец падишаха. Тогда меж собой порешили люди Отдать Гулистан Уралу в жены...

А старший брат Урала Шульген шел по стране счастья и видел: в реках, в озерах рыбы — плотва, пескари да щуки плавают вместе, на ветках прыгают птицы — ястреб с жаворонком рядом, кукушка с соколом тоже рядом, а соловей им трели выводит, а на склонах гор ходят овцы рядом с волками, петухи да куры с лисою рыжей привольно пасутся на одной поляне. И подумал Шульген: «Сначала пойду к падишаху, тайну дворца его разузнаю, а когда стану домой возвращаться, много дичи себе добуду — зверей доверчивых, рыб не пугливых». Но вскоре ему повстречался Заркум, бежавший от Урала, и, назвавшись сыном Азраки-дива, уговорил его идти с собою, обещая много дать подарков и живой воды — сколько захочет. Подошли к дворцу, и тут — крылатые кони-тулпары навстречу вышли, а за ними огромные дивы, и повели Шульгена с почтеньем, как важного гостя...

...А во дворце два падишаха — Хозяин Азрака и гость Кахкахи Сидели в растерянности и страхе, Сидели, думая об Урале. Сынчи в разговоре им помогали Разгадывать самые сложные тайны.