Воеводитель ему ответствовал, 260 раскрыл сокровищницу слов благородных: 22 «Мы все от семени мужей гаутских, наш конунг – Хигелак, его дружина – мы. Воитель мудрый, всеземнознатный отец мой, Эггтеов, 23 состарясь, умер, покинул землю, – тому немало минуло зим, – но имя славное доныне знаемо под этим небом. Не злые мысли ведут нас к датскому народоправителю, к сыну Хальфдана, 270 так помоги нам добрым советом! — и мы не скроем от высокородного помыслов наших, о коих скоро и ты узнаешь. Молва разносит, — скажи, то правда ли – что будто некая тварь неведомая тревожит Скильдинга, датчан ночами исчадье мрака, злобесный призрак, в набегах яростных губит и грабит. От всей души я хотел бы Хродгару помочь советом, 280 дабы избавить его от бедствия, дабы вернулось благополучие в его державу, дабы утихли волны печалей, не то вовеки страх и злосчастие с ним пребудут, покуда не рухнут стропила и кровля, пока стоят на холме хоромы». С коня ответил отважный всадник, сказал дозорный: «И сам ты знаешь, что должно стражу – щитоносителю 290 судить разумно о слове и деле. Я вижу ясно, с добром вы к Скильдингу путь свой правите, и вам тореную тропу, кольчужники, я укажу; а людям велю я этот свежесмоленый корабль охранять и беречь от недругов; пускай на песке дожидает спокойно древо морское доброго кормщика; вновь полетит змееглавый по хлябям, неся восвояси хозяина славного, 300 к землям гаутским, а с ним и дружинников — тех, кого в битве Судьба упасет». Двинулась рать (корабль остался, причаленный к берегу, широкогрудый, на тяжком якоре); ярко на шлемах на островерхих вепри-хранители 24 блистали золотом. Так за вожатым спешила дружина мужей войнолюбых широкой дорогой, и вдруг перед ними в холмах воссияла златослепящая 310 кровля чертога, жилища Хродгара: под небом не было знатней хоромины, чем та, озарявшая окрестные земли. Узрели славу твердыни престольной щитоносители; страж, указав им путь прямохожий, коня направил обратно к морю, и молвил ратник: «Теперь идите. Отец Вседержитель да будет с вами! Дай Бог вам силы в грядущих сражениях! А я возвращаюсь 320 хранить границу от недругов наших!»

… раскрыл сокровищницу слов благородных… – Часто встречающееся перифрастическое выражение, означавшее «заговорил».

Отец мой, Эггтеов. – Ответ Беовульфа характерен: герой называет не свое имя, а имя князя, которому служит, и имя отца.

Вепри-хранители. – Вепрь был священным животным у ряда скандинавских племен, и его изображением часто украшались шлемы (ср. примечание к ст. 1287).

На пестрые плиты, 25 на путь мощеный толпа ступила мужей доспешных в нарядах ратных, в кольчугах, звенящих железными кольцами, прочными звеньями, войско блестящее шло ко дворцу. Там, под стеной, утомленные морем, они сложили щиты широкие в ряд на лавы – раскатом грянули их нагрудники; там же составили 330 копья из ясеня вместе с мечами, бремя железное, вооружение морестранников. Тут страж-привратник, воитель гордый, спросил пришельцев? «Откуда явились щиты золоченые, кольчуги железные, грозные шлемы, длинные копья? Немало у Хродгара я, глашатай, встречал иноземцев, но столь достойных не видел! Надеюсь, не ради прибежища, как изгнанники, 26 340 но ради подвигов пришли вы к Хродгару!» Вождь гаутов ему ответил, стойкий в битве, статный под шлемом, такими словами: «Из дома Хигелака веду соратников я, воин Беовульф, 27 хочу поведать владыке вашему, потомку Хальфдана, что мы замыслили, коль скоро конунг окажет милость и нас допустит в свои палаты». Вульфгар ответствовал, вождь венделов, 28 350 муж многомудрый, меж соплеменников мужеством славный: «Владыке Скильдингов слово просящего, конунгу данов, кольцедробителю, речи твои, о вождь дружины, я передам. Ждите! – скоро веление конунга — народоправителя вы услышите!» Туда вошел он, где старый Хродгар сидел седовласый среди придворных; там, на помосте, перед престолом 360 славного пастыря, пред ликом Хродгара встал Вульфгар, и молвил он, вестник: «Люди, пришедшие к нам издалека, морской дорогой из края гаутов, — привел их воин по имени Беовульф, просят они, повелитель, выслушать слово, с которым к тебе спешили; о господин, не отказывай пришлым, слух преклони, благородный Хродгар, — оружие доброе служит порукой 370 их силе и мужеству; муж могучий, приведший войско, – вождь достойный!»

На пестрые плиты… – Дорога была вымощена по римскому образцу.

… не ради прибежища, как изгнанники… – Древние германцы часто изгонялись за преступления, что особенно хорошо известно по исландским сагам, но отряд Беовульфа приехал на чужбину по доброй воле (ср. «путь желанный», ст. 216).

… я, воин Беовульф… – Только здесь герой впервые назван по имени.

Вождь венделов. – Едва ли венделы – это вариант названия восточногерманского племени вандалов. В Уппланде (Швеция) есть поселение Вендель (Vendel), а в Северной Ютландии (Дания) есть Вендиль (Vendill), и Вульфгар скорее был уроженцем какого-то из этих двух мест. Более вероятно, что его родина – Уппланд. Высказывались предположения, что в шведских междоусобицах (которые упоминаются в последних главах «Беовульфа», см. примечание к ст. 2379 след.) участвовали две партии: продатская (Онела, принадлежавший шведской королевской линии, был зятем Хальфдана, ср. ст. 61—62, а сам Хальфдан тоже был шведско-датского происхождения – ср. примечание к ст. 56) и прошведская, причем венделы якобы поддерживали первую из них. Таким образом пытались объяснить, почему столь высокую должность при Хродгаре занимал не дан.