Сонеты
1
Уильям Шекспир
1 Мы красоте желаем размноженья, Нам хочется, чтоб цвет ее не вял, - Чтоб зрелый плод, - как все, добыча тленья - Нам нежного наследника давал. А ты, плененный сам собой, питая Твой юный пыл своим топливом, сам Творя бесплодье вместо урожая, Сам враг себе, жесток к своим дарам. Ты ныне миру вешних дней отрада, Один глашатай прелестей весны, В зачатке губишь цвет твоей услады, Скупец и мот небесной красоты. Так пожалей же мир, иначе плод Твоей красы с тобою гроб пожрет. 2 Когда твой лик осадят сорок зим, Изрыв красу твоей роскошной нивы, То блеск его, теперь неотразим, Представится тогда мрачней крапивы. И на вопрос, где красота былая, Сокровище твоих весенних дней, Не прозвучит ли как насмешка злая Ответ: «В глуби ввалившихся очей»? Насколько ж будет лучше примененье Твоих даров, когда ответишь: «Вот Мой сын, в нем старости моей прощенье»... И снова лик твой миру зацветет. Так, стариком ты станешь юным вновь, Когда в другом твоя зардеет кровь. 3 Вот зеркало. Взгляни и отраженью Скажи: пора преемника создать, Иначе ты лишишь благословенья Мир светлый и неведомую мать. Где та, чья непорочная утроба Отвергнет радость понести твой плод? Где тот, кто хочет быть подобьем гроба В самолюбви, чтоб прекратить свой род? Ты отблеск матери, верни ж и ты ей Апрель ее красы. И пусть твой сын Тебе вернет назад дни золотые Твоей весны в дни грустные морщин! Но коль не хочешь памяти людей, Умри один с наружностью своей! 4 Прелестный мот небесных чар, не трать Сам на себя дары благой природы! Свободная, она ведь может взять То, что дарует в долг детям свободы. И так, зачем ты, красота скупая, Не отдаешь с щедротой то, что щедро Тебе дано, без пользы возвращая Сокровище в сокровищное недро? Имея дело только сам с собой, У чар твоих крадешь ты обаянье, И в день Суда, за гробовой доской Какое ты предъявишь оправданье? Бесплодная краса умрет с тобой, Но, давши плод, останется живой. 5 Те самые часы, что нам родят Прелестный лик, чарующий все взгляды, Как злой тиран в тиши готовят яд, Чтоб смыть с лица блеск вешнего наряда. Ведь время неустанно гонит лето К убожеству уродливой зимы, Где снегом все, как саваном одето, Где листья и цветы - добыча тьмы. Когда в стенах хрустального фиала Не жил бы вешний запах и зимой, То сладость бы его не оживала, И память бы о нем была немой. Но, извлеченный из цветов, зимою Хранит он хоть на вид - их суть собою. 6 Не дай зиме жестокой извести Твой аромат весенний. Влей же счастье В какой-нибудь фиал, дай нарасти Сокровищу красы до дней ненастья. И не считай такой прирост запретным: Плательщику ты радость принесешь. Сам для себя не умирай бездетным, Не раз, а десять раз себя размножь. Будь счастлив десять раз своей судьбою, Вкушая счастье десяти детей. Что, что похитит смерть тогда с тобою, Когда ты жив в чертах семьи твоей?! Кто так красив, не должен быть упрям. Не завещай красы твоей червям. 7 Когда поутру благодатный свет Вздымает лик свой пламенный с востока, Все взоры шлют восторженный привет Величию всевидящего ока. Достигнув до вершин пути, оно, Подобно юности в поре расцвета, Опять красой для смертного полно, Все в золоте полуденного света. Но чуть оно, как путник утомленный, Начнет сходить к земле, к разлуке с днем, То ум людской, бывало, восхищенный, Теперь уже не думает о нем. Так в старости умрешь ты, позабыт, Коль облик твой твой сын не воскресит. 8 Звук музыки тебе печаль внушает. Но почему? Цветок цветку ведь друг? Зачем же любишь то, что огорчает, И рад тому, что мучит, как недуг? Когда согласье сладкопевных звуков В созвучьи нежном тяготит тебя, Оно ворчит, - как дед на милых внуков, - Что ты живешь, лишь сам себя любя. Заметь, что струнный звук всегда в другом Находит отклик в стройном сочетаньи, Как мать, отец, дитя - всегда в одном Созвучьи шлют хваленье мирозданью. Слив голоса, без слов, все за одно, Они поют: «бездетный, ты ничто»! 9 Из страха вызвать слезы у вдовы Себя ты истощаешь одиноко? Но, без потомства умирая, ты Вдовой оставишь мир земной, глубоко Скорбящей, что унес ты, уходя, Твой несравненный лик с собой в могилу. Ведь плач у вдов при взгляде на дитя, В котором жив опять покойник милый, Сменяется улыбкою. Утрата, Случившись здесь, там прибылью всплывет. Но с красотой не так: ей нет возврата, Когда она бесплодно отцветет. В том нету места для любви к другим, Кто беспощаден так с собой самим. 10 Не говори, что любишь ты других, Когда ты сам себя так злобно губишь: Пусть ты любимец множества твоих Друзей, но сам ты никого не любишь. Ты так жесток к себе, так страшно лют, Что на себя же руку поднимаешь И хочешь в прах стереть приют Сокровища, которым обладаешь. О, изменись, чтоб изменил я мненье! Не гневу жить роскошнее любви! Будь, как твой вид, мил, полон снисхожденья И сам к себе участье прояви: Стань сам собой. И из любви ко мне В потомстве дай вновь цвесть своей весне.